— На неделе вы приняли команду, вели тренировочный процесс. Как вы отнеслись к этой новости, что вы будете за это отвечать? Как это восприняла команда?
— Наверное, основной показатель — это игра команды. Это как лакмусовая бумажка: когда есть самоотдача. Я ребятам благодарен за обратную связь. Но прежде всего хотел сказать, что Виталий Васильевич (Рогожкин — прим.) с нами, он рядом, у нас дружеские отношения, и я очень его ценю. Он прекрасный специалист, замечательный человек.
Тут особо каких-то нюансов нет, мы же вместе работали, все было в обсуждении. То, что произошло, — это, скажем так, тренерская участь, которая может коснуться любого.
Поэтому в плане того, что произошло, наверное, руководство должно давать комментарии по поводу произошедшего. Я, в принципе, не хочу характеризовать эту ситуацию. Сейчас я находился на бровке в конкретном матче и провел тренировочный процесс.
В целом хочется сказать, что сегодня по игре все, о чем мы планировали, говорили, разбирали и к чему готовились в плане соперника, работало, работало. Не работало только одно — забить гол. К сожалению, этого не произошло, мы не забили.
Если бы мы забили в первом тайме, то заставили бы соперника подниматься, играть более высоким блоком, и у нас появилось бы достаточно свободных зон.
Но, к сожалению, до последних минут мы находились в таком состоянии: атака, атака, плюс удаление. И, к сожалению, вот этот несчастный случай, или как это назвать, — определенная потеря концентрации.
— Вы сейчас в БАТЭ как главный тренер, исполняющий обязанности главного тренера — как должность должна звучать?
— Я сейчас не готов ответить на эти вопросы. Все быстро происходит, поэтому, думаю, лучше обратиться к руководству клуба и уточнить эту информацию, — сказал Куликов.





