Конфликтная ситуация произошла в мае 2008 года во время товарищеской встречи с Германией в Кайзерслаутерне. Ромащенко вышел в стартовом составе, однако главный тренер белорусов Бернд Штанге заменил его после первого тайма. Матч завершился со счетом 2:2.
После замены произошел эпизод с бутылкой воды, который впоследствии стал одной из самых обсуждаемых деталей конфликта футболиста и тренера. По версии Штанге, Ромащенко бросил бутылку в его сторону. Сам футболист это отрицает и утверждает, что просто отбросил ее после того, как попил воды. Вскоре Ромащенко покинул расположение национальной команды. Матч с Германией в итоге стал последним в его карьере за сборную Беларуси.
— Вы намекаете на то, что при Бернде Штанге я кинул бутылку? Ну, эту историю все знают, да? Но на самом деле все было не так. После замены я пил воду и просто бросил бутылку в сторону. Никакого броска в него не было — хочу, чтобы люди это понимали. Я не защищаюсь и не оправдываюсь, это факт. Люди должны услышать и другую сторону. Да, я, возможно, эмоциональный человек, но в позитивном ключе.
Просто не приемлю нечестного отношения к себе. Именно оно и вызвало у меня такую реакцию. У нас тогда были спаренные матчи с Германией и Финляндией, и я узнал, что не буду играть с немцами. После ужина мне сказали, уже не помню кто: «Макс, ты не будешь играть. Сыграют молодые ребята, которых впервые вызвали в сборную».
А мы росли в других условиях: если ты достоин и соответствуешь уровню, то играешь. Искусственно давать кому-то шанс, тем более в сборной, было неприемлемо. Не то чтобы это являлось каким-то табу, просто так никто не делал.
А я тоже хотел сыграть на высоком уровне против сборной Германии. Посчитал нужным прийти к тренеру и просто спросить: «Почему?» Он сказал: «Максим, не волнуйся, ты будешь играть с финнами». Я говорю: «Но почему? Я тоже хочу сыграть с немцами». Прошу прощения, если нас смотрят финские коллеги, но в то время мы не воспринимали сборную Финляндии так, как Германию. Поэтому я переспросил: «А может, сделаем наоборот?»
Штанге понял, что с Максом лучше не шутить. В итоге я сыграл первый тайм, после чего он меня заменил. Последовала такая вот реакция, и я сказал: «Если вы так со мной поступаете…»
Хотя, когда Бернд только пришел в сборную, он оставил очень хорошее впечатление. Хорошо общался с футболистами, уважал тебя, не переходил личные границы. Перед матчами часто вызывал меня, советовался по составу. Я хотел отвечать ему тем же, всячески отблагодарить своей игрой на поле. Мне кажется, я это и делал.
Но когда произошла эта ситуация, я подумал, что дело, возможно, даже не в неуважении, а в каких-то других мотивах: он сам немец, приехал в Германию, решил поставить молодых… И я посчитал: если со мной так поступают, значит, для этого человека я на самом деле ничего не значу. Получается, все наши хорошие отношения были муляжом. Поэтому решил, что больше не хочу там находиться.
Перед моим отъездом Вергеенко долго со мной разговаривал. Говорил, что очень сожалеет и сам никогда бы так не поступил, потому что это неправильно. После этих слов я ехал в машине в аэропорт и думал: «Блин, если тебя все-таки понимают, может, стоит вернуться? Возможно, я где-то погорячился?»
Но потом решил, что нет — нужно показать свою позицию. Со мной надо считаться.
Кстати, потом Штанге мне звонил. Мы несколько раз общались. Он извинился, сказал, что совершил ошибку: «Давай возвращайся, начнем все сначала». Но я ответил, что нет, — сказал Ромащенко в интервью подкасту «На банке».
Полный выпуск интервью с легендой сборной Беларуси Максимом Ромащенко доступен по ссылке
